Тётя Диана о Китае (tetja_diana) wrote,
Тётя Диана о Китае
tetja_diana

Монгольская империя. Часть 2



За десять дней укладки полов в бане, покраске миниатюр, походов за грибами и прочего бездействия социальный капитал упал в ноль. Пора реабилитироваться и сделать вторую часть статью о Монгольской империи, поскольку в первый раз было описано только становление империи. Да и история её весьма интересна. С первой частью можно ознакомиться здесь http://tetja-diana.livejournal.com/42997.html, а мы продолжим.

Средняя Азия и Ближний Восток. Господство на века

Итак, давайте сначала узнаем, какова была на тот момент геополитическая обстановка в регионе. В Средней Азии тогда, по сути, там было только два государства — Великий Хорезм и Арабский халифат, оба довольно мощные. Халифат тогда уже начал терять позиции в Испании и Африке, а вот Хорезм стоял твердо. Действующая армия Хорезма насчитывала пятьсот тысяч(!) солдат. По сути, Хорезм мог перемолоть армию Чингисхана и даже не заметить. Но, увы, на троне сидел не тот человек.

Средняя Азия в тот период представляла из себя проходной двор для тюркских племён, путешествующих туда-обратно и попутно вырезающих друг друга и всех, кого ни попадя. В городах же сидело с далёкой древности ираноязычное население, медленно растворяющееся в тюркских волнах.

При дворе же самого Хорезм-шаха племенной конфликт был еще более сильным. Хорезм, объединивший всю эту мешанину, был интернациональным государством, но два тюркских народа были наиболее влиятельны — это кипчаки и туркмены. Так уж вышло, что позиции кипчаков оказались сильнее, и сын Хорезм-шаха был выкинут на окраину Хорезма, так как был сыном туркменки. Тем не менее, позиции при дворе он сохранил, и пользуясь доверием отца, мог вмешиваться в войну.

Как и всякий народ того времени, кипчаки, несмотря на оседлый образ жизни, иногда испытывали жгучее желание устраивать набеги на соседей. Настроение передавалось от низов наверх, до самого окружения Хорезм-шаха. И в один прекрасный момент шах повелел: быть походу. И понеслось...

Вскоре армия Хорезма в сорок тысяч человек напала на армию монголов численностью в двадцать тысяч. Сражение началось, Хорезм-шах лениво попивал чаёк, глядя на то, как кипчакские части окружают врага… а через десять минут уже бежал с поля боя со всей доступной ему скоростью. Монголы опрокинули кипчаков, ударили в центр, и лишь вовремя подтянутые резервы остановили их продвижение.

Тем временем на другом фланге, которым командовал сын шаха Джелаль-ад-Дин, туркменские части отбили атаки монголов, загнали их в солончак и устроили котёл. Резня на обоих флангах продолжалась до самой ночи. А утром, когда Хорезм-шах горел желанием продолжить сражение, он не обнаружил никого: монголы успешно отступили под прикрытием темноты. Хорезмцы после этой битвы засчитали себе победу.

Войско Хорезма поредело чуть более, чем наполовину. Войско монголов — чуть менее, чем полностью. И это была только проба сил.

Чингисхан предложил Хорезм-шаху мир-дружбу-союз. Но гордый шах ханского посла (одного из ближайших советников) убил, чем фактически развязал войну.

  • Что касается монгольских послов вообще, то тут над гениальностью Чингисхана хочется рыдать в подушку слезами умиления. Дело в том, что убийство посла во все века было чем-то ужасным, а уж в средневековье так и вовсе, и объявление войны за такое дело было вполне оправданным по международным нормам. Но это красивое правило не учитывало одной «мелочи» — послов, склонных к суициду. Точнее к гибели за общее дело. В общем, послы Чингисхана вели себя крайне вызывающе. Склонные отстаивать свою честь и не терпящие оскорблений средневековые аристократы не могли не реагировать на эти провокации, и в итоге, монгольских послов убивали регулярно, и каждый раз Чингисхан или один из его преемников в своей юрте радостно потирал руки, ибо они у него становились полностью развязанными.


  • Отрар

Шах ещё не верил в серьезность заявления Чингисхана, но на всякий случай послал в приграничные города войска. И это ему помогло. На пути войска Чингисхана, которое, кстати, было весьма многочисленным, встал Отрар — средних размеров город торгового значения. В гарнизоне Отрара состояло тридцать тысяч бойцов под предводительством Каир-хана — одного из самых адекватных отпрысков кипчакского рода. Отрар стал больной темой для Чингис-хана почти на полгода. Этот город монголы взяли только с помощью живого щита из пленных. Оставалась только цитадель, в которой держались пара сотен человек. Чуда не произошло — цитадель была взята спустя ещё два месяца. Ворота открыл предатель.


  • Ходжент

По иронии судьбы, к Ходженту бросили именно те части, которые больше всего пострадали при штурме Отрара, и брать штурмом стены нового города под стрелами солдат Хорезма им не хотелось. Поэтому поначалу они сами чуть было не оказались в положении осажденных. Видя такое, Чингисхан послал туда более приличные войска, включая китайцев с их боевыми машинами. Когда стены были проломлены, а через Сырдарью уже переправился авангард монголов, Тимур-Мелик вывел войска из города и начал разумно отступать, меняя прикрытие. Большая часть монголов бросилась за ним… Из них вернулись только двое… Правда, и от гарнизона Ходжента, собственно, только сам Тимур-Мелик и остался. Впоследствии, он сумел вернуться к Хорезм-шаху, чтобы доложить о падении Ходжента. Ходжент был довольно серьезной крепостью, находившейся в излучине Сырдарьи. А вот гарнизон в нём был раза в три меньше, нежели в Отраре. Однако это с лихвой компенсировалось комендантом — лучшим полководцем Хорезм-шаха Тимур-Меликом. Увы, этот достойный человек поддержал Джелаль-эд-Дина на военном совете и попал в опалу. Но казнить такого полезного человека было шаху не с руки, вот он и придумал полководцу почётную ссылку.


  • Бухара

Уже наслышанные о силе монголов жители этого города решили не испытывать судьбу и сопротивлялись очень недолго. Через неделю город был сдан монгольским войскам — кстати, возглавляемым лично Чингис-ханом. Увы, тот не оценил такого жеста доброй воли, и участь бухарцев немногим отличалась от обычной участи взятого монголами среднеазиатского города. Одним прекрасным утром все население погнали из города и начался отбор: специалисты отправлялись в орду, сильные с виду — в рабство (каждый монгольский воин в среднем уносил по 3-5 человек), ни на что ни годные — вырезались на месте или отправлялись пушечным мясом, в данном случае, на осаду Самарканда.


  • Самарканд

В эту крепость Хорезм-шах перетащил свою резиденцию из старой столицы — Гурганджа. Приведя туда огромный гарнизон и даже боевых слонов, он принялся ожидать подхода монголов, уверенный в победе превосходящими силами.

Но мусульманское духовенство через пару дней открыло монголам ворота города. Разумеется, население не миновал геноцид, хотя само духовенство особо не пострадало. Монголы вообще щадили духовенство, и это преследовало многие цели: не прогневить на всякий случай чужих богов, приобрести малой ценой неслабых союзников на покорённых землях, пятую колонну, как в описываемом случае, и т. д.


  • Иран

По хитрому плану Хорезм-шаха, пока войска Хорезма в городах должны были сдерживать монголов, тот должен был собирать новое, огромное войско в Иране. Не вышло. Собрав лишь двадцать тысяч солдат, он был настигнут войском монголов примернов таком же количестве. Что характерно, битва закончилась уничтожением обеих сторон. Хорезм-шах наконец-то понял, что его сын был прав, вызвал Джелаль-эд-Дина к себе, объявил его новым Хорезм-шахом, а сам уехал на остров в Каспийском море, где и умер.



Проблеск надежды



Джелаль-эд-Дин

Джелаль-эд-Дин был тем единственным, кто очень хорошо понимал, что творится с родным Хорезмом и что в этой ситуации делать. Территория Хорезма с каждым взятым городом сжималась, а авангард монголов уже подступил к Гурганджу, который вновь стал столицей Хорезма.

С тем, что осталось от Хорезм-шахова войска, Джелаль-эд-Дин атаковал монгольский авангард, который к тому же вёл караван с осадными машинами. Сопровождение было раскидано, караван был ограблен и разбит почти полностью. Захваченная еда и осадные машины очень пригодились Гурганджу потом, во время обороны.

Пока Тимур-Мелик, который поехал вместе с новым Хорезм-Шахом, собирал новое войско, привлекая всех, кто мог хотя бы держать копьё, Джелаль-эд-Дин со своим летучим отрядом метался по стране, грабя караваны монголов (надо сказать, костяк этого отряда как раз и состоял из профессиональных грабителей, до войны промышлявших этим в пустыне, так что толк в этом деле они знали) и истребляя их отряды. Местные жители, видя это, начали сами партизанить против монголов, и таким образом почти половина завоеванных территорий Хорезма была отвоёвана. А тем временем из Гурганджа выступил Тимур-Мелик с шестидесяти тысячным войском. Всё так хорошо начиналось…


  • Битва при Парване

Одна из немногих крупных неудач монголов в Средней Азии. Чингисхан послал около пятидесяти человек под командованием своего сводного брата, дабы разбить Джелаль-эд-Дина.

Место Джелаль-эд-Дин выбрал очень удачное — каменистое ущелье, в котором невозможно было провести кавалерийский раш — главное оружие монголов. Хорезмские юниты стояли с луками и отстреливали монголов. К третьему дню войско монголов было истощено настолько, что попыталось отступить на измотанных лошадях. Но солдаты Джелаль-эд-Дина, будучи спешенными, оседлали совершенно свежих лошадей и провели контратаку. Итог — менее двухсот человек из пятидесяти тысяч вернулись к Чингисхану.


  • Битва на реке Инд

Потерпев такое оглушительное поражение, монголы забеспокоились. Посылать ещё одно войско было уже страшно, поэтому Чингисхан применил тактику, актуальную еще для Александра Македонского — подкуп союзников врага. В результате, войско Джелаль-эд-Дина уменьшилось ровно вполовину.

Полководец дураком не был и таким войском не собирался бодаться с Чингисханом. Он принял решение отступать к Индии, где рассчитывал запросить помощи. Отступал он ровно до тех пор, пока ему не преградила путь речка Инд. Переправы не было, понтоны наводить тогда еще не умели, а лодок и кораблей катастрофически не хватало. А монголы уже наступали туркменам на пятки… Выбора не было. Солдаты Джелаль-эд-Дина приготовились к битве.

Чингисхан и Джелаль-эд-Дин атаковали одновременно. Первый на острие атаки поставил «бешеных» — элитный корпус монголов. Второй — свой летучий отряд. Неожиданно «бешеных» опрокинули, и они бежали. Бежать пришлось и Чингисхану. Но при этом не дремали его полководцы, и, когда «бешеных» отогнали довольно далеко, ударили по войскам Джелаль-эд-Дина одновременно с обоих флангов.

Армия Джелаль-эд-Дина попала в котёл. Но лёгкой победы не получилось, получилась мясорубка с тысячами трупов с обеих сторон. Что характерно, Джелаль-эд-Дин выжил. Он бросился в Инд, переплыл его, после чего отправился-таки в Индию, собирать новое войско. Так он до самой смерти нападал на монголов, уничтажая мелкие отряды и захватывая крепости.


  • Гургандж. Конец

Монголы, придя уже огромным войском (около двухсот тысяч солдат, которых вели три сына Чингисхана, каждый из которых хотел взять Гургандж раньше своих братьев), начали штурмовать стены. Гарнизон и ополченцы расстреливали их со стен. Каждый штурм оборачивался кровавой баней. Потеряв пятьдесят тысяч на троих, братья сменили тактику и начали обстреливать Гургандж из китайских метательных орудий. Но тут выяснилось страшное: камней не нашлось! Бомбардировки закончились уже на следующий день. (Позднее придумали вырубать снаряды из дерева, и, вымачивая их в воде, метать. Но это потом.) В конце концов, хан Джучи, старший сын Чингисхана сумел-таки захватить стены со своего направления, но это ему ничего не дало. Часть города монголы захватили, но гарнизон напрягся, контратаковал и выпихнул их оттуда. После нелёгкой победы над Джелаль-эд-Дином монголы подступили к Гурганджу. Они надеялись на то, что он, как и Бухара с Самаркандом, сам откроет им ворота. Но в Гургандже жили другие люди — кузнецы, медники, оружейники, пастухи. Они были побойчее, чем изнеженные купцы из Бухары, а посему ворота они не открыли и приказали убивать всех, кто хотел это сделать. Гарнизон в Гургандже (столица бывшая же!) тоже был довольно силён.

Наконец, опять же некий инженер догадался изменить русло реки, протекавшей неподалеку от Гурганджа. Река смыла уже полуразрушенные стены. Улицы города превратились в реки. Монголы вплыли в город.

Монголы несли огромные потери, продвигаясь вперед. И всё же медленно, квартал за кварталом, они захватывали Гургандж, теряя огромное количество людей. Когда из всего города в руках защитников почти не осталось, они сдались.

Монголы уложили под Гурганджем, хотя в основном в нём, более ста сорока тысяч человек, чтобы получить затопленный и разрушенный город. Но всё же это была победа. Великий Хорезм пал.

Такие вот серьёзные дела в Средней Азии. В последующих выпусках хотелось бы рассмотреть отношения Монгольской Империи и Руси (да-да, то самое Иго, которого, как я часто слышу, на самом деле не было), а также постепенное угасание империи. Но об этом в другой раз.

Tags: #Монгольская империя, #история, Монгольская империя, история
Subscribe
Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments